Сибирячка обвиняет врачей в подмене детей и уверена, что похоронила чужого ребенка вместо сына

Сибирячка обвиняет врачей в подмене детей и уверена, что похоронила чужого ребенка вместо сына

Новосибирская область

Жительница Новосибирска готова сделать ДНК-тест, чтобы знать наверняка, кто находится в могиле под именем ее ребенка

Наталья Герасименко родила первенца в новосибирской больнице. Сын полежал рядом с мамой два часа, а потом ребенка унесли в детский бокс. На следующее утро врачи сказали сибирячке, что у мальчика тяжелейшие ожоги, и увезли его в реанимацию, потом в областной ожоговый центр. Спустя несколько дней Наталье сообщили страшную новость: малыш умер. Но женщина уверена: это был не ее сын – в больнице детей подменили. Корреспонденты «КП» – Новосибирск» разбирались в этой истории.

«У НЕГО БЫЛИ ТЕМНЫЕ ВОЛОСЫ И КАРИЕ ГЛАЗКИ»

Беременность у 20-летней будущей мамы протекала без осложнений. Правда, личная жизнь совсем не складывалась. Отец ребенка, пока у Натальи рос живот, сбежал. Девушку поддерживали только родители с той и другой стороны.

– Я хотела рожать. Мне было все равно, останется ли этот мужчина рядом со мной. Я хорошо зарабатывала и могла обеспечить себя и сына всем необходимым, – рассказывает «КП» – Новосибирск» Наталья Герасименко. – Для меня самое главное было, чтобы малыш родился здоровым, поэтому я всегда четко соблюдала рекомендации врачей.

Роды начались в ночь с 6 на 7 марта 2004 года. Маленький Петя появился на свет около 8 часов вечера. Здоровый малыш: рост 53 сантиметра, вес 2 килограмма 780 граммов. Ребенка помыли, запеленали и положили рядом с мамой на пару часов.

– Я была такая уставшая, но повернула голову, а он рядышком пыхтел и ворочался, – вспоминает Наталья. – Я была такая счастливая, рассматривала своего сыночка. Темные волосики, как у папы, карие глазки…

Затем маму перевели в послеродовую палату, а ребенка увезли в детский бокс.

А утром 8 марта в палату зашла встревоженная медсестра со словами: «У вашего ребенка возникли осложнения».

– Я была как в тумане после этих слов. Зашла к нему, а ребенок лежит без бирочек на руке. У всех есть, а у моего – нет. Медсестра что-то объясняла про катетер, про то, что ему нужно ехать в другую больницу, так как он не может самостоятельно пописать. Я гладила его по щечке, а он был как овощ, не реагировал вообще. Потом медсестра его подняла из кроватки, а у него вся спинка черная, огромное такое пятно – ожог. Меня тут же вытолкнули из палаты, – плачет женщина.

«НЕ МОГ МОЙ ПЕТЯ ТАК СИЛЬНО ИЗМЕНИТЬСЯ»

А дальше реанимация, ожоговый центр, операции… Наталья только выписалась из роддома и начала дежурить под окнами палаты интенсивной терапии. К сыну ее больше не подпускали. Разрешали только звонить в приемный покой и задавать один и тот же вопрос: «Что с сыном?».

Единственное, что удалось за это время выяснить матери, это то, что ребенок еще в роддоме получил сильнейшие ожоги. Врач, возможно, так торопилась отметить Международный женский день с коллегами, что поставила под кроватку новорожденного масляный обогреватель и ушла. Малыш сгорал заживо, пока медики отмечали праздник. Обнаружив жуткие ожоги на теле младенца, медики смазали их пантенолом, чем еще больше усугубили ситуацию. Ребенок был обречен…

– Утром 25 марта врачи сказали, что сделали все, что могли, – сквозь слезы говорит Наталья. – А дальше все для меня погрузилось в темноту. Мой брат, мама и родители жениха вместе с ним занимались опознанием, организацией похорон.

Судебно-медицинские экспертизы, соболезнования, похороны – все это напоминало женщине какое-то страшное кино. В себя Наталья пришла на кладбище, когда крошечный гроб открыли для прощания.

– Я помню, что моя мама смотрит и вдруг говорит: «А он ни на кого из наших не похож», – описывает тот день Наталья. – Я приглядываюсь – и у меня в голове проносится такая же мысль. Ну не мог мой Петя так сильно измениться за 18 дней. Дома судорожно начинаю внимательно читать все справки и выписки и находить всевозможные нестыковки.

ДРУГОЙ ВЕС И ЦВЕТ ГЛАЗ

После трагических событий Наталья начала восстанавливать в памяти все детали случившегося в роддоме. Она вспомнила, что в отдельной платной палате лежала еще одна женщина, чей ребенок сразу после родов оказался в реанимации. Ту роженицу кесарили, а потом младенца отправили на интенсивную терапию. Матери отдали малыша уже после того, как Петю перевели в другую больницу. Наталья тогда еще подумала, что и ее сын скоро поправится:

– А потом я стала читать все выписки и обнаружила, что Петя через несколько дней после родов, когда его увозили в ожоговый центр, вдруг стал тяжелее. В справке так и было написано – 3100. Но так ведь не бывает. Обычно новорожденные, наоборот, теряют вес в первые дни жизни, а не поправляются сразу почти на 400 граммов. Это подтвердила и врач-неонатолог из другой больницы. В других документах глаза у ребенка вдруг стали голубыми, а сам мальчик превратился в блондина.

В это время следователи уже возбудили уголовное дело по факту причинения смерти по неосторожности в отношении врача отделения новорожденных. Шло расследование. Наталья обратилась к прокурору Калининского района с просьбой провести ДНК-тест на установление родства между ней и погибшим ребенком, чтобы развеять сомнения.

– Прокурор тогда сказал: «Вы что, сериалов пересмотрели?» – и отказал в экспертизе, – добавляет сибирячка. – Им по сути было неважно, чей ребенок умер, доказывали ведь вину доктора.

Суд состоялся в мае 2006 года. Медика приговорили к 2,5 года колонии без права заниматься врачебной деятельностью в течение 1,5 года. Правда, наказание отложили до исполнения 14 лет младшему ребенку осужденной. В суде доктор даже не извинилась перед матерью.

И после вынесения приговора Наталья вновь попыталась попросить правоохранительные органы сделать ДНК-текст, но выяснилось, что, когда биологический материал младенца увозили на независимую экспертизу по уголовному делу в Барнаул, пробирки раскрылись и материал был утрачен.

МИСТИКА

Сибирячка рассказывает, что и на кладбище на могиле Пети происходили странные события. Через 40 дней после похорон кто-то устроил там пожар.

– Сгорели венки, игрушки, цветы и временный памятник с табличкой, – перечисляет Наталья. – Мы заказали новый памятник. Когда его установили, оказалось, что написана другая дата смерти – 24 марта.

Женщина не стала спорить с ритуальщиками, которые изготавливали памятник, а решила, что это знак. Уже 16 лет сибирячка живет с мыслью о том, что в могиле покоится чужой ребенок.

Все это время Наталья была волонтером разных благотворительных центров, помогала семьям в сложных жизненных ситуациях, спасала чужих детей от беды. Свою собственную семью сибирячка так и не создала.

– У меня пока нет детей. Я хочу каким-нибудь образом добиться эксгумации и все-таки сделать ДНК-тест, чтобы установить родство с похороненным малышом. Сейчас я уже готова к правде, иначе этот вопрос будет мучить меня всю оставшуюся жизнь, – считает Наталья Герасименко.

Фото: Алена ЛЮБИМОВА

Поделиться статьёй:

1 thought on “Сибирячка обвиняет врачей в подмене детей и уверена, что похоронила чужого ребенка вместо сына

  1. В лаборатории Медикал Геномикс мы обращались с аналогичной историей. Нам провели Тест ДНК на установление отцовства и материнства, и, действительно, тест показал 0%. И подмены в роддомах случаются довольно часто!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *